Подольск. Новости

Яндекс.Погода

воскресенье, 24 сентября

ясно+10 °C

Онлайн трансляция

Дмитрий Аксёнов: «Я бы ради пиара так позорить себя не стал»

06 апр. 2015 г., 18:57

Просмотры: 58


Дмитрий Аксенов узнаваем, не зря же он сыграл более чем в 30 фильмах и сериалах, в том числе в сериалах «Час Волкова», «Глухарь»,«Возвращение», «Пятницкий», «Антикиллер», «Врачебная тайна», «Бумер. Фильм 2». Актер, создавший свой собственный театральный проект под названием «шухер», соединивший в себе сразу несколько жанров искусства – кино, драматическое искусство и песчаное шоу. Премьера этого ноу-хау недавно с большим успехом прошла в Москве и вызвала огромный интерес зрителей и театральной критики. Дмитрий  – прекрасный рассказчик, частый гость телевизионных шоу, к тому же за долгие годы работы в театре под руководством Вячеслава Спесивцева он общался со многими знаковыми фигурами культуры, искусства и шоу-бизнеса, а когда в Москве еще работали казино, частенько выступал в них. Работает и живет в Москве.

Дмитрий Аксенов узнаваем, не зря же он сыграл более чем в 30 фильмах и сериалах, в том числе в сериалах «Час Волкова», «Глухарь»,«Возвращение», «Пятницкий», «Антикиллер», «Врачебная тайна», «Бумер. Фильм 2». Актер, создавший свой собственный театральный проект под названием «шухер», соединивший в себе сразу несколько жанров искусства – кино, драматическое искусство и песчаное шоу. Премьера этого ноу-хау недавно с большим успехом прошла в Москве и вызвала огромный интерес зрителей и театральной критики. Дмитрий – прекрасный рассказчик, частый гость телевизионных шоу, к тому же за долгие годы работы в театре под руководством Вячеслава Спесивцева он общался со многими знаковыми фигурами культуры, искусства и шоу-бизнеса, а когда в Москве еще работали казино, частенько выступал в них. Работает и живет в Москве.

– Дмитрий, вы играли главную роль в спектакле «Тавро Кассандры» в театре Спесивцева, буквально за несколько месяцев до смерти Айтматова встречались с ним. Расскажите об этой встрече. Я слышал, в ней был некий налет мистики.

– Да, это действительно было так. У Спесивцева был день рождения. Мы у него в кабинете отмечали этот день, и одновременно он распределял роли. Мне дали главную роль, хотя до этого я роман не читал. И вдруг с вахты звонят и говорят: «К вам сам Чингиз Айтматов». А он в это время должен был находиться во Франции. Ну Спесивцев решил, что над ним кто-то шутит, все-таки день рождения. И говорит: «Ну пусть заходит, мы здесь как раз его ждем». И вдруг раскрывается дверь, входит Айтматов с целой когортой помощников, друзей. На самом деле он пришел поздравить Вячеслава Семеновича. Сидим выпиваем. И Спесивцев говорит Чингизу Торекуловичу, а они были с ним на «ты»: «Вот актер, играет в спектакле по твоему роману главную роль, Ордака». А я не знаю, что и делать. Передо мной сидит практически Лев Толстой! А я его книгу не читал. И он говорит: «И как собираетесь эту роль строить? Ведь это не простой человек». Ну я и отвечаю: «Да так, как Константин Сергеевич Станиславский сказал: в сложном искать плохое и простое, а в простом – сложное и хорошее». Ему понравилось. А когда он посмотрел спектакль, сказал замечательную фразу: «Конечно, после этой постановки мне свой роман надо будет перечитать».

– Вы ведь играли в спектакле «Сто лет одиночества» великого Габриэля Гарсиа Маркеса. Говорят, что во время гастролей на Кубе с вами тоже произошел какой-то интересный случай...

– Да, я только пришел в театр, лет 20 назад, у меня тогда даже загранпаспорта не было. Меня сразу утвердили на главную роль. Сделали загранпаспорт, а через неделю надо лететь – вначале в Мексику, на фестиваль латино-американских театров, потом на Кубу. На Кубе тогда я увидел такое количество пионеров, сколько во времена детства и юности не видел в России. Что интересно, на Кубе мы играли на испанском языке. Вначале тут учили испанский, а потом, можно сказать, практиковались. На Кубе было два интересных случая. В министерстве обороны, которое тогда возглавлял Рауль Кастро, нынешний руководитель страны, мы играли этот спектакль. А мой герой был очень похож на Че Гевару. И по ходу действия он из красных шаровар, которые снимал с себя, делал флаг и размахивал им. После первого показа к нам подошел один приближенный к Раулю Кастро генерал и говорит: «Вы это кого показываете? Нашего товарища Че?» Мы пытались объяснить, мол, нет, это такой собирательный образ революционера, в чем-то гротесковый. В общем, нам сказали: «Знаете что, либо вы играете без этого образа, либо уезжаете завтра из страны». И вот флаг из красных трусов чуть не обернулся для нас высылкой из страны. Потом мизансцену сняли, и мы продолжали играть.

А второй случай был с нашей переводчицей. Там ведь тогда было невероятное количество малолетних бандитов. Часы снимали с руки на раз. И нас предупредили, чтобы мы женщин своих не отпускали одних, да и сами без сопровождения не ходили. Мы пошли вместе, группой, но зазевались, и у нашей переводчицы Ирины Константиновны какой-то парень, ехавший на велосипеде, вырвал сумочку. А у нее там документы, загранпаспорт. По местному телевидению дали объявление: мол, сумочка потеряна, те, кто найдет, звоните по этому телефону. А наша переводчица была знакома с самим Раулем Кастро. Шум поднялся необыкновенный. И нас пригласил местный Дон Корлеоне – самый главный смотрящий за преступниками. Поговорил с нами, обещал помочь. Но в результате сумку так и не нашли. Ничего не помогло.

– Вы ведь сейчас играете в антрепризе? Скажите, почему ушли от Спесивцева?

– Вначале просто стал много сниматься в кино, а работа в театре все-таки требует отдачи огромной, но с Вячеславом Семеновичем мы расстались друзьями и продолжаем общаться. Играл со многими известными артистами. И опять было столько мистики. Я играл в фильме про Берию роль Романа Андреевича Руденко, легендарного генерального прокурора СССР, прокурора от СССР на Нюрнбергском процессе. Он участвовал в аресте Берии, дружил с Хрущевым. И мне режиссер говорит, что мы с артистом, который играл Хрущева, должны общаться между собой как Папанов и Миронов в «Бриллиантовой руке», потому что и Руденко, и Хрущев были по разговору очень простые люди, два таких гарных украинца. Я надеваю пиджак и вижу на нем надпись «А.Д. Папанов». Оказывается, в этом габардиновом пиджаке Анатолий Дмитриевич играл в фильме «Белорусский вокзал». Такая вот история символическая. Мистика такая.

– А с кем из известных артистов играли вместе и какие впечатления от общения с ними? Особенно интересно услышать о молодых актерах. Ведь многие из них быстро зазнаются, становясь известными.

– Мы в театре Спесивцева играли вместе с Лешей Паниным. Он пришел туда совсем мальчишкой, лет 17, а я молодым человеком, но уже с жизненным опытом. Он ведь на девять лет меня моложе. Я его учил жизни, он совсем зеленый был. А потом, когда он стал известным, сыграл в «ДМБ» Романа Качанова и в «Звезде», получил Государственную премию за это, меня утвердили на одну роль в сериале «Солдаты» вместе с ним. Мне режиссер говорит: «Вы будете сниматься с очень известным актером, но у него непростой характер, попытайтесь найти с ним общий язык». Но фамилию не называет. Мне стало так интересно. Прихожу на съемочную площадку – ба, да это Леша Панин. Ну мы обнялись и нормально играли. Никакой звездности, полное взаимопонимание. Все удивлялись.

– Он тогда был еще адекватен и так не пил?

– Леша всегда, с юности, был человеком необычным. Немного нервным, раздражительным. Но не скажу, чтобы он блистал на сцене. Мы года четыре играли в спектакле «Капитаны песка». Я бы не сказал, чтобы он пил сильно. На съемках точно не пил. Всегда трезвый на репетиции приходил. Что с ним потом случилось, я не могу понять. Может, действительно заболел звездной болезнью, а может, так личная жизнь его побила. Но я подозреваю, что процентов на семьдесят причина его дебошей – в желании эпатировать публику, чтобы о нем говорили, писали. Потому что в значимых фильмах он не работает, в спектаклях больших не играет. Вот и чудит. Хотя я бы ради пиара так позорить себя не стал.

– Сейчас вы сыграли роль Сергея Кирова в новом сериале Алексея Мурадова. Трудно было играть одного из руководителей СССР?

– Непросто. Тем более мне пришлось играть героя-любовника. Там ведь любовная история сильная очень – Киров упал на свою возлюбленную, когда в него стреляли.

– Один мой знакомый, режиссер Кирилл Ганин, говорит, что всем его сверстникам дали государственные театры, потому что они геи и посвящены в финансовые дела больших людей.

– Голубое лобби, он хочет сказать? Ну тогда надо вспомнить и Завадского, и Эйзенштейна. Но Кирилл, на мой взгляд, все-таки завидует, ведь те, о ком он говорит, действительно мастера, другое дело, что не каждый режиссер может быть худруком... Но если бы театр дали Ганину, думаю, из-за своеобразного репертуара уже после первого спектакля его пришлось бы закрыть.

– Вообще в театре, кино много подводных камней, подсиживания, интриг?

– В театре Спесивцева этого точно не было. Мне вот дали в 35 лет звание заслуженного артиста России. В кино тоже нет, кого режиссер или продюсер утвердит, тот и играет. Ну какие тут интриги и подсиживания?

– Знаю, что в прошлом вы часто бывали в казино. Что, азарт игры?

– К счастью, нет, как говорят профи, я не шпилю. Хотя отработал в казино почти 15 лет, с тех пор как они появились у нас в Москве и до самого закрытия. Застал бандитские времена, когда с выигрышем охрана просто не выпускала. Игроки тогда, чтобы просто уйти из заведения, вызывали «скорую» или пожарных. Был знаком со счетчиком из Физтеха, который в блек-джеке просчитывал наперед три колоды, и знал жуликов с камерами в запонках для слежки за крупье. В общем, опыт огромный, а впечатлений еще больше. Я был ведущим розыгрышей и шоу, писал сценарии, делал программы, придумывал схемы, чтобы клиент, отдав тысячу и взяв рубль, оставался доволен.

– И за все время ни разу не сыграл?

– За 15 лет всего пару раз, и очень неудачно. В фильме Скорсезе главный герой произносит великую фразу: «В казино всегда выигрывает только казино». История началась после того, как я был в игровом бизнесе уже лет десять. Но рулетка умеет ждать... Во время очередного розыгрыша я угадал, куда придет шарик. Такое часто случалось со мной и раньше. Но неожиданно это стало происходить почти регулярно: крупье еще закручивал рулетку, а я уже знал число. Потом неожиданно для себя обнаружил некую внутреннюю логику игры. Заключалась она в следующем: чтобы угадать число, нужно максимально отстраниться от игры, довериться интуиции, на рулетку смотреть в это время нельзя, после чего посмотреть на поле – и цифра придет сама. То есть, как сказал Тим Лири, «включись, настройся, отключись...» Это может показаться бредом, но эта теория подтверждалась. Я угадывал номера в 99 случаях из 100. В казино, где я работал, играть мне было запрещено, и я пошел в другое заведение, благо их было тогда много. Встал у рулетки и начал следить за игрой. Из шести спинов с ходу угадал пять. Причем один раз выпало зеро, а это увеличивает выигрыш в тридцать с лишним раз. Система работала. Купил фишки, поставил. Рулетка закрутилась. Я посмотрел на поле, цифра на этот раз почему-то не пришла, я отвернулся, чтобы отстраниться, и попробовал еще раз поймать волну. Но шарик уже упал в цифру. Моя ставка не сыграла. Я отошел от стола, решил еще раз сосредоточиться. У меня на руках оставалась половина фишек, сделал новую ставку. Результат тот же – мимо денег. Теория дала сбой, хорошо деньги на кону были небольшие... Позже один из игроков сказал мне, что я поторопился со ставкой и спугнул удачу деньгами. Может, и так, но на рулетке я больше не играю. Мои знакомые оставили за покером и блек-джеком не одну квартиру и машину. Хотя есть исключения. Например, однажды на моих глазах человек снял несколько миллионов долларов... но после этого заведение закрылось.

Беседовал Андрей Князев